Ломоносов и Елизаветинское время. Четыре каталога выставки. Отделы I—V: Зал Императрицы Елизаветы Петровны. Искусство. Портреты деятелей. Русская гравюра. Архитектура.

Этот комплект из четырех каталогов — первичный документ одного из самых значительных историко-художественных проектов предреволюционной России. Выставка 1912 года, устроенная под покровительством императора в стенах Академии художеств, ставила задачу невозможную: реконструировать эпоху, от которой почти не осталось вещей. Барон Врангель признает это прямо — русских предметов елизаветинского времени «почти нет даже в Царскосельском дворце». Парадокс стал методом: выставка воссоздавала не букву эпохи, а ее дух — через декорации Лансере, через мебель Петровского дворца и Петергофа, через портреты, написанные уже при Екатерине, но запечатлевшие людей Елизаветы. Перед нами не просто каталог — это интеллектуальная реконструкция утраченной среды, осуществленная в момент, когда сама эта среда еще была памятью живых институций. Внутренняя логика издания держится на контрасте масштаба и детали. Раздел гравюры прослеживает прямую линию от школы Шхонебека — «рабски копировавшей учителей» — через Вортмана к Чемесову, «звезде первой величины». Раздел портретов собирает в двух залах весь двор Елизаветы: от «престрашного взору» Анны Ивановны до «уставшего от жизни» Бестужева в ссылке. Раздел архитектуры Михаловского фиксирует главный тезис эпохи: Растрелли не заимствовал Запад — он создал новый тип православного храма, «связав пять куполов в одну нераздельную массу». Читатель получает не перечень экспонатов, а аналитическую карту культурного момента — того краткого промежутка между Петром и Екатериной, когда Россия впервые осознала себя через собственное искусство. Четыре тонких выпуска в мягких обложках, отпечатанных Типографией Императорской Академии наук в мае 1912 года, — издание, вышедшее по горячим следам выставки. Суммарный объем — сто страниц. Состояние удовлетворительное — хорошее: обложки первого-второго и пятого отделов отделены от блоков, что типично для тонкого шитья таких изданий после векового бытования. Присутствуют библиотечные атрибуты — штампы, конверт с инвентарным номером, — превращающие комплект в артефакт с собственной историей хранения: эти каталоги прошли через фонды советской библиотеки и сохранили следы этого пути.

Отзывы покупателей